ИСТОРИЯ

В «Grand Hotel Trieste & Victoria» имеются номера с поистине «славной историей»:
 
-        110: сьют Diaz
-        111: сьют Badoglio
-        109: сьют Scipioni 
-        сьют «Palazzo storico»

 

О номере генерала Диаца № 110 рассказывается в книге “stanza 110”, которую вы можете заказать по электронной почте triestevictoria@gbhotelsabano.it или по телефону 049.8665100

История номеров 110 – 111 - 109

Номер 110
 
“Я выбираю этот. Это лучшее решение: спокойный номер, который позволит мне находиться рядом с моими людьмиi”.
Генералу Армандо Диацу не было необходимости отдавать приказы, ему достаточно было попросить, чтобы получить желаемое. Возможно, лучшую характеристику ему подарил Габриэле Д’Аннунцио, назвав его «Маэстро спокойной отваги», но и другие оставили о нем лестные суждения: Джованни Артьери говорил о генерале как о «человеке взвешенной смелости», другие как о человеке «податливом и гибкого ума» (Анджело Гати), «спокойной и уверенной воли» (Олиндо Малагоди), «хорошем дипломате» (Индро Монтанелли), «спокойном темпераменте» (Франческо Саверио Нити и Олиндо Малагоди). В самом деле, как вспоминает Луиджи Граттон, исследователь и друг семьи Диац, генерал был «по природе своей спокойный, любезный и приятный в обращении и внешне – качества, которые не занимают место твердости, а скорее, дополняют ее».
Поэтому когда в январе 1918 года было решено перевести из Падуи в Абано верховное командование итальянских вооруженных сил, никто не подверг сомнению решение Анмандо Диаца избрать местом пребывания именно отель «Trieste», «самый красивый, самый современный и вместе с тем самый функциональный на Эуганских термах». Сюда переносится сердце и ум итальянской армии, и Диац поселяет здесь свое ближайшее окружение. Диац выбирает номер 110, тот, что находится на втором этаже прямо напротив лестницы. Бадольо въезжает в 111, а Шипьони – в 109 номер, оба на том же этаже и рядом со 110-м, чтобы обеспечить максимальную эффективность и оперативность действий. Из своего номера Армандо Диасу было легко добраться до других крыльев отеля, а при необходимости покинуть отель он в считанные минуты спускался во двор, где его ждала готовая отвезти его в любое место служебная «Балилла». Не считая того, что отель «Trieste» расположен в самом сердце Абано, откуда легко выехать на шоссе в направлении Падуи, Монселиче и Эсте. Плюс к тому «Trieste» расположен прямо напротив отеля «Orologio», в просторных залах первого этажа которого разместилась офицерская столовая. Наконец, на вилле Бембо в Монтероссо расположилась пресс-служба, структура, отвечающая за составление коммюнике, где и был подготовлен текст Бюллетеня Победы от 4 ноября 1918 года, затем прочитанный, исправленный, переработанный, одобренный и подписанный генералом Диацом в отеле «Trieste», в номере 110, ставшей на этот период его спальней и рабочим кабинетом. Решение переместить верховное командование из Падуи в Абано было принято в конце 1917 года, когда город Святого Антония подвергся тяжелым бомбардировкам. Всего было совершено девятнадцать налетов бомбардировщиков, и в общей сложности сигнал тревоги об обнаружении вражеского самолета прозвучал девяносто семь раз.
Легенда о непобедимом генерале началась именно отсюда, с этого решения собрать вещи и переместиться в более спокойный городок Абано, в тишину отеля «Trieste». Карабинеры перекрыли зону, не нарушая движения транспорта. Пользоваться трамвайной линией Падуя-Торрелья могут только местные жители при наличии особого разрешения. Номер 110, в действительности представляющий собой небольшие апартаменты, в некотором роде является символом той великой войны, что пришлась на завершающий этап объединительного процесса в стране и стоила жизни тысячам итальянцев. Символ строгий, тонкий, действенный и конкретный и именно поэтому способный отражать образ Италии той эпохи, доблесть военного мужа, руководившего страной, и армии, которая находила в личности командующего с испанской фамилией, но с неаполитанским темпераментом воплощение высших идеалов.
Разумеется, номер 110 до сих пор существует в отеле «Trieste e Victoria», и сменявшие друг друга после 1918 года владельцы преданно блюли один и тот же принцип: стараться вносить как можно меньше изменений, чтобы сохранить нетронутым ту атмосферу официальности, чувства Истории, которое сделало этот великолепный отель местом дорогим и священным для Родины. Таким образом была сохранена неизменной общая обстановка, хотя, разумеется, практические соображения потребовали внесения кое-каких изменений. Это не коснулось деревянных полов, которые благополучно пережили несколько ремонтов. Поворачивая типичную для гостиничного номера золоченую ручку двери, мы уже чувствуем, как нас переполняет глубокое чувство погружения в прошлое. Нам, внукам и правнукам тех, кто жил в ту эпоху, легко почувствовать ощущение сопричастности истории, позволяющее нам заново пережить тяжелую, но исключительную по масштабу событий и последствиям для будущего страны эпоху. Войдя в комнату слева у стены мы видим оставленные здесь с тех времен письменный стол у стены и кресло с широкими подлокотниками, решительно смотрящееся в старинное зеркало в раме из темного дерева, в котором каждое утро видел свое отражение генерал Диац. Справа от входа – строгий гарнитур с двумя бежевыми креслами и деревянным столиком из ореха. Тепло и уют обстановке придают несколько ковров. На стенах бра и картины, некоторые несомненно из той эпохи, другие более поздние. Напротив гостиного уголка – стеклянная дверь, ведущая террасу, куда есть выход также и из второй комнаты, спальни. Но задержимся еще в первой комнате, служившей гостиной-кабинетом. Здесь нет того духа холодной роскоши, что отличает современные пятизвездочные отели, хотя, наряду со стремлением сохранить деликатную атмосферу апартаментов начала двадцатого века, в историческую обстановку были вписаны необходимые современные удобства: скажем, напротив двери на террасу установлен телевизор с большим экраном. В этой комнате расположен также гардероб, в котором генерал Диац держал военную форму и сапоги. Еще одна дверь ведет в спальню. Это также просторное и светлое помещение с входом в туалетную комнату с ванной. Через два окна и застекленную дверь на террасу открывался прекрасный вид на самое сердце Абано, с городским парком и умиротворяющим фасадом «Orologio», с изящным театром в стиле модерн, впоследствии, увы, снесенном, а в начале двадцатого века бывшим чудом элегантности и современности. Под окнами отеля по трассе Падуя-Торрелья время от времени громыхают трамваи и проезжают скорые и незаметные серо-зеленые автомобили карабинерской охраны, создавая строго военную атмосферу дисциплины, порядка и тишины. Подумать только, именно в этом поражающем своей францисканской простотой месте вершились судьбы миллионов солдат.
Официально Диац поселился в комнатах отеля «Trieste» 5 февраля 1918 года и оставался там до окончания войны. В действительности генералиссимус (назначенный верховным главнокомандующим вместо Кадорны 8 ноября 1917 г.) уже побывал здесь в начале декабря. Вероятно, комнаты были предоставлены в пользование генерала и его штата в конца 1917 года, как и указывает мраморная табличка, висящая рядом с дверью номера 110. Одиннадцать или десять месяцев прожил Диац в Абано – по сути, не так уж важно, резиденцию генерального штаба в отеле «Trieste» вписывает в историю череда событий, завершившаяся окончанием первой мировой войны, самой кровопролитной, самой жестокой, самой тяжелой в истории человечества.